В первой части этого материала мы разобрались, зачем Украине нужна система торговли квотами на выбросы парниковых газов (СТВ) и на каком этапе находится создание национальной СТВ.
Ситуация довольно печальная: несмотря на утвержденный План, большинство ключевых элементов системы только начинают формироваться или вообще остаются на старте. Министерству экономики, окружающей среды и сельского хозяйства Украины нужно больше времени для качественной подготовки рамочного документа относительно основных принципов и параметров функционирования НСТВ.
В этой статье рассмотрим, как продвигается выполнение обязательств перед ЕС в рамках Ukraine Facility и действительно ли Украина движется к запуску СТВ в заявленные сроки.
Обязательства перед ЕС
В разделе "Зеленый переход и охрана окружающей среды" Плана Ukraine Facility отдельно выделена Реформа 3 "Рыночные механизмы ценообразования на углерод". Она предусматривает два компонента:
-
Утверждение Плана действий по созданию национальной системы торговли квотами на выбросы парниковых газов (дедлайн – I квартал 2025 года).
-
Возобновление обязательной системы мониторинга, отчетности и верификации выбросов парниковых газов (МОВ) (дедлайн – II квартал 2025 года).
Формально оба эти пункта выполнены – Верховная Рада и Кабмин успели проголосовать и утвердить соответствующие документы. Однако вопрос о том, насколько реально их реализовать в текущих условиях, остается открытым.
Обязательную отчетность по системе МОВ, которая была приостановлена в 2022 году из-за начала полномасштабной войны, Верховная Рада возобновила в начале января 2025 года. Однако представители предприятий говорят о существенных сложностях с отчетностью, связанных с постоянными обстрелами, отключениями электроэнергии и другими военными факторами. На неизбежности таких проблем также акцентирует внимание Станислав Зинченко. По мнению эксперта, любая статистика во время войны и регулярных ограничений энергоснабжения для промышленности – это очень спорный вопрос. Кроме того, в нынешних условиях крайне сложно организовать верификацию, отмечает он.
"Если государство не может собирать статистику со своих предприятий, как можно требовать этого на более высоком уровне от частного бизнеса? Для меня любые вопросы, связанные с обязательной отчетностью во время войны и других неспровоцированных форс-мажорных событий, выглядят странно", – говорит специалист.
Конфигурация СТВ
В декабре 2025 года представители Минэкономики презентовали результаты экспертной оценки и рекомендованную конфигурацию национальной СТВ. Специалисты рассматривали два возможных варианта:
-
Первый: обеспечение соответствия СТВ ЕС только за счет МОВ и присоединение сразу к европейской системе после вступления в ЕС.
-
Второй: обеспечение соответствия СТВ ЕС за счет МОВ и создание НСТВ. Сохранение НСТВ после получения членства в ЕС на определенное количество лет – затем присоединение к европейской системе.
После экспертной оценки экономической нагрузки в каждом из этих вариантов в Минэкономики выбрали второй. Согласно с ним, национальная СТВ будет функционировать не менее 12–15 лет (до 2040–2042 гг.). Хотя в ЕС ожидают присоединения Украины к СТВ ЕС уже к 2034 году.
Насколько удачным является такое решение? Станислав Зинченко отметил, что выбор между этими двумя вариантами очень сложен.
"Логически, если мы станем членами ЕС, то нам нужно сразу строить аналогичную систему, но с другими ценами. Однако сейчас сама система в ЕС находится на стадии реформирования, вокруг нее ведутся активные дискуссии. Поэтому вопрос "что строить" может немного подождать. Так мы сможем не повторять ошибок европейской практики", – считает эксперт.
Он подчеркнул, что вариант с собственной системой также является понятным, но он отдаляет Украину от главной цели – объединения систем для получения европейского финансирования проектов по декарбонизации.
"Главная цель СТВ ЕС – аккумулирование средств для декарбонизации. Украинская система торговли выбросами не сможет собрать достаточно средств при любой стоимости выбросов, поэтому она сама по себе не является валидным механизмом финансирования декарбонизации. Поэтому украинский закон об СТВ должен быть максимально рамочным, чтобы дать нам возможность быть гибкими", – уверен Станислав Зинченко.
По мнению Андрея Глущенко, обеспечение соответствия европейской системе только за счет МОВ недостаточно.
"Украина приближается к членству в ЕС. Соответственно, украинская СТВ должна создаваться на тех же принципах, что и европейская. То есть в украинской СТВ должны быть все те же элементы, что и в европейской, но с учетом украинских реалий. Украинским предприятиям нужно время, чтобы подготовиться к работе в условиях EU ETS, а для этого украинская СТВ должна быть похожа на нее", – говорит специалист.
Он предостерегает, что немедленное присоединение к EU ETS после получения членства в ЕС станет шоком для украинской экономики.
Целевое использование средств как краеугольный камень эффективности всей системы
Однако не менее важным вопросом, чем конфигурация СТВ, является дальнейшее направление аккумулированных с ее помощью финансовых ресурсов. Эксперты подчеркивают: если средства от продажи квот не направлять на декарбонизацию промышленности, СТВ теряет свой главный смысл и превращается исключительно в дополнительное финансовое обязательство для предприятий. Этот факт уже вызвал бурную дискуссию в странах ЕС.
В Украине ситуация с использованием поступлений от эконалога не лучше: существующая система приводит к растворению средств в бюджетах разных уровней, "вымыванию" финансовых ресурсов из предприятий и утрате природоохранной функции этого налога. Единственный профильный фонд – Фонд декарбонизации Украины – тратит свои поступления на мероприятия по энергоэффективности для государственного сектора и громад вместо того, чтобы выполнять свое прямое назначение – финансировать декарбонизацию отечественных предприятий.
Реалистичность сроков под вопросом
Правительство утвердило три этапа запуска СТВ в Украине:
-
Подготовительный (2025–2027 годы) – разработка законодательной базы и создание необходимых инструментов для работы СТВ.
-
Первый операционный (с 2028 года) – запуск системы торговли квотами на выбросы ПГ, изучение путей совершенствования.
-
Второй операционный (не ранее, чем через 3 года после прекращения или отмены военного положения) – позволит внедрить СТВ в условиях стабильного экономического восстановления.
Источник: Министерство экономики, окружающей среды и сельского хозяйства Украины
Мы поинтересовались у экспертов, возможно ли в нынешних условиях уложиться в запланированные сроки.
"Учитывая, что в стране продолжается война и запуск СТВ в таких условиях не является приоритетной задачей, я сомневаюсь, что Украина сможет запустить полноформатную СТВ в 2028 году. Какую-то пилотную фазу с ограниченным функционалом и охватом – вполне возможно", – считает Андрей Глущенко.
По мнению Станислава Зинченко, если война закончится в 2026 году, понадобится минимум три полных года только для налаживания сбора и верификации данных о выбросах. Еще минимум 2–3 года потребуется для тестового запуска – чтобы отработать процедуры. Лишь после этого можно рассматривать полноценный запуск – в 2030-м или 2031 году, уверен глава Комитета ЕБА.
Многие эксперты напоминают, что основой функционирования этой системы являются результаты мониторинга, отчетности и верификации выбросов, с которыми в условиях полномасштабной войны все очень сложно по объективным причинам.
"Также нужно понимать, что функционирование СТВ – это сложный процесс, в котором будут задействованы сотни специалистов. Я не вижу даже начала подготовки таких кадров. Их нужно обучать и стажировать 2–3 года, строить новые институты, развивать новые механизмы. Этот вызов является самым значительным для Украины – именно построение институциональной способности", – подчеркнул эксперт.
План есть – будет ли результат?
Несмотря на утвержденный План, большинство ключевых элементов СТВ – от законодательства до институтов и технической базы – либо только начинают формироваться, либо вообще еще не сдвинулись с места. Поэтому дедлайны с каждым днем выглядят все менее реалистичными. Война, проблемы со сбором и верификацией данных, отсутствие соответствующих специалистов – все это ставит под сомнение возможность полноценного запуска системы уже в 2028 году.
В такой ситуации существует вполне реальный риск: вместо эффективного рыночного инструмента декарбонизации страна может получить формально запущенную, но фактически "пустую" систему, которая не работает.
Чтобы этого избежать, должностным лицам необходимо перейти от деклараций и написания красивых документов к системной работе – с четкими практическими решениями, ресурсами и ответственностью. В противном случае углеродное ценообразование рискует остаться еще одним фиктивно выполненным пунктом в планах, а не работающим инструментом.
